ЗАВЕТНЫЙ СПИСОК

Русская исповедно-завещательная библиография

Публикации о проекте ЗС  

АВТОР: Т. Г. Браже - профессор Государственной академии последипломного педагогического образования Института образования взрослых Российской академии образования, г. Санкт-Петербург (доклад на Российской конференции «Чтение детей и подростков как фактор формирования человеческого капитала» 27 мая 2004 года в Санкт-Петербурге. Текст доклада взят с официального сайта Всероссийской школьной
библиотечной ассоциации


"Заветные списки”: Исповедально-завещательная библиография в Интернет. Чтение как способ саморазвития и самоидентификации

Чтение играет не только образовательную роль, но активно влияет на саморазвитие и самоидентификацию личности, выполняя функцию самовоспитания.

Проиллюстрируем это анализом «Заветных списков», полученных М.Н. Пряхиным от представителей русской интеллигенции в конце 90-х г.г. XX века (см. О подведении итогов чтения // Вестник Российского Университета дружбы народов. Сер. Литературоведение. Журналистика. – 1998. – №3. – С. 42-49; материалы "Исповедно-завещательная библиография" в Интернет, 2001 г.; а также «Заветный Список» – М., 2001).
«Заветный список» – это проект, в котором люди рассказывали о себе и о книгах, оказавших на них самое большое влияние в жизни. Среди участников проекта не только такие знаменитости как писатели В. Астафьев, В. Распутин, академики И. Шафаревич и Г. Фридлендер, но и те, чьи фамилии менее известны широкой публике.
Участники проекта – не только гуманитарии, но и математики, экономисты и др. Всего в Интернет помещено более 40 интервью с ними и их «Заветные списки». На основе этих «Списков» Пряхин составил рекомендательный «Заветный список» авторов и произведений, имевших и имеющих значение в становлении личности русского интеллигента. Авторы «cписков – это люди, умеющие думать о вопросах самосознания, своего и общественного, умеющие выражать себя, свою точку зрения.
Наша цель – анализ не самих списков, а комментариев к ним их авторов, свидетельствующих о влиянии книги на развитие личности, ее становление и самоидентификацию, в том числе и как «языковой личности» (по терминологии Ю. Караулова).
Сознательно не касаемся материалов, данных знаменитыми писателями, – это задача другого рода. Рассмотрим роль чтения в жизни людей, известных в своем профессиональном кругу. Это позволит нам выявить наиболее типичные тенденции чтения для саморазвития в различных аспектах.
Так, В.И. Мильдон (р. 1939 г.) из всего прочитанного им отмечает 9 книг, повлиявших на него особенно: «Дневники Л.Н. Толстого» (через книгу Б.М. Эйхенбаума «Молодой Толстой»), после чтения которых «захотелось самому не отпускать свою жизнь в беспамятство, а сохранить ее» (книга прочитана в 22 года); книгу А.Ф. Лосева «О Платоне», поразившую читателя тем, «как можно вскрыть текст, непроницаемый для моих способов читать»; книгу А. Шопенгауэра «Мир как воля и представление», которая привела в систему отдельные «бессвязные эпизоды» и показала, что «можно писать о самом что ни на есть неопределенном ясно и чуть ли не с шуткой». «Чтение Торо («Уолден, или Жизнь в лесу» – Т.Б.) прямо-таки затопило душу потоками благодати, жизнью, которую человек ведет в полном согласии со своими намерениями, ни от кого не завися...»; под влиянием Торо автор находился «долго».
Чтение писем и прозы Пушкина уже после чтения «школьного», то есть, как пишет автор, «никакого», свелось к «центральной точке» – свободе как главной ценности жизни. «Исторические корни волшебной сказки» В.Я. Проппа «давали законченную картину, внутри которой получали удовлетворительное объяснение едва ли не все мотивы мировой литературы». Это впечатление «жило долго и не однажды служило средством проверки собственных работ».
«Анна Каренина» Л. Толстого у автора комментариев к спискам «вызвала отчаяние» в видении «собственной ежедневной жизни», которое потом помогло «сформировать собственное отношение к бытию...». «Записки из подполья» Ф.М. Достоевского повлияли на «представления о том, что такое человек, и эти представления, насколько я в силах судить об источниках своего развития, влияют даже на мою теперешнюю жизнь».
В списке В.И. Мильдона стоит «Лао-цзы» и «Записки из кельи» японского писателя XII века. Первая книга помогла автору многое узнать о самом себе, что в иных условиях «осталось бы тайной»; вторая книга открыла «глаза на ценность мельчайших эпизодов собственного существования, которым я прежде не придавал никакого значения. Иными словами, эта маленькая книжка словно растянула, увеличила мою жизнь».
Думается, что признания В.И. Мильдона «об источниках своего развития» привлекательны глубоким пониманием процесса развития собственной личности и способов «вскрывать текст», то есть способов соотнесения себя с читаемым, способов выражения себя.
Как видно, личностное восприятие книги при чтении – свойство не только юного читателя, которое проходит по мере взросления, как полагают иногда. Сохраненность непосредственного и глубокого восприятия книг и в зрелые годы говорит о возможности не превратить чтение даже у профессионалов в чисто академическую сферу деятельности (а В.И. Мильдон – литературовед) или нейтральное заполнение досуга.
Лишь часть аналогичных материалов в Интернет открыто говорит о личной пережитости прочитанного и влиянии на жизнь уже взрослого человека. Значительная часть материалов представляет собой педагогическую обработку собственного опыта и обращена к значимости книг для других людей, как выжимка из собственного опыта.
Но то, что говорят разные респонденты о влиянии чтения на личную жизнь, обнаруживает ряд тенденций в саморазвитии через чтение.

  1. Первое – разнородность влиявшей литературы. Указываются, как и у В.И. Мильдона, и художественные, и научные книги, проза, поэзия, исторические, философские, эстетические трактаты, мемуаристика и пр. Мир чтения книг и его влияния широк.
  2. Второе, даже при совпадении многих имен и произведений, собственно и позволивших создать М.Н. Пряхину единую исповедально-завещательную библиографию, ряд суждений о книгах и непосредственных влияний диаметрально противоположны.
    Наряду с частыми признаниями многими сильного влияния книг Л.Н. Толстого и А.П. Чехова («Это счастье!» – о «Войне и мире»; «Анна Каренина» после трагедии в семье «вернула меня в нормальное состояние, до этого я не мог прочесть ни одной строчки даже в газете» – В.Н. Тростников, математик, православный публицист, как он пишет о себе; «Хаджи Мурат» – «очень удививший меня как бы окном в жизнь» – П.В. Палиевский, литературовед), в текстах участников проекта существуют признания об активной нелюбви к Л.Н. Толстому и А.П. Чехову (например, у А.И. Козаржевского). Это же неприятие приходилось наблюдать мне и у многих нынешних образованных читателей, особенно сорокалетних, исключивших для себя не только влияние Толстого, но и вообще высокую оценку его творчества.
    Влияние книг возможно лишь «в контексте личной судьбы, личного опыта, встреч с людьми, нахлынувших обстоятельств» (из материалов Д.В. Сильвестрова, поэта-переводчика).
  3. Третье. «В контексте личной судьбы» взгляды могут меняться и на само прежде прочитанное – прежние ценности могут оказаться ложными. М.В. Назаров, переводчик (р. 1948 г.), эмигрант, вернувшийся снова в Россию, говорит о смене у него списков чтения и степени влияния тех или иных книг в разные периоды его жизни.
    Различие влияния, как и различие выбора, смена влияния в разные эпохи и есть реальное самовоспитание, автоандрагогика, то есть педагогика индивидуальной жизни взрослого человека, осуществляемая самим человеком на протяжении жизни или в отдельные, наиболее сенситивные ее периоды. Смеем сказать, что автоандрагогика есть высшая форма андрагогики и педагогики в целом.
    Право личностной оценки «в контексте судьбы» даровано каждому: индивидуальный выбор произведения, оказавшего воздействие, может разойтись с общепринятой оценкой произведения. Так, писатель В.И. Лихоносов «обожает», как он пишет, «Двух гусаров» Л.Н.Толстого, хотя, по его мнению, «вещь считается слабой».
    При анализе «Заветных списков» обнаружена смена восприятия и влияния одной и той же книги не только при переходе от детства к взрослости, но и в разные периоды взрослости. В.Г. Непомнящий отмечает «в пору его атеизма» «оглушительное воздействие» на него «Иуды Искариота», которое позднее сменилось совсем иным отношением к книге Л.Андреева.
    Е.Б. Федоров пишет: «Если бы не Горький, которому я свято верил», он не «сел бы в лагерь». Позднее образцом для подражания Федорову стала «Анна Каренина». Этот роман определил его собственное творчество: «в том числе и слабые страницы (его – Т.Б.) прозы определились влиянием Толстого».
    Истину, выраженную старой пословицей: «Книги имеют свои судьбы в головах читателей» – подтверждают многие респонденты. Так, Л.И. Лавлинский, поэт, формулирует эту мысль строго: они «определяют человеческие судьбы». Книги, по мнению В.П. Визгина, историка науки, оказывали «воздействие на интеллект, на воображение и на эстетическое чувство», то есть происходил синтез воздействия читаемого на глубинные структуры личности и тем самым на язык.
  4. Четвертая тенденция. По признанию Ксении Мяло, «есть пожизненные склонности души», определяющие даже случайный выбор чтения: «растущее тело из любой пищи усваивает необходимые ему элементы». Это то, что «облекало в образы и слова самые крупные, вечные вопросы бытия: жизнь и смерть, пространство и время, способности человеческой души накапливать тонкий мир в форме воспоминаний – первое прикосновение к идее бессмертия». О том же пишет и В.П. Визгин: «искры светили в одном направлении».
    Таким образом, книги оказывают разное влияние в разные периоды жизни человека, сохраняя генеральную линию воздействия на психологическое состояние личности, основные и ведущие качества человека. И хотя некоторые авторы материалов считают утверждение Горького: «Всем хорошим во мне я обязан книге» «натужным снобизмом» (Д.В. Сильвестров), большинство отвечающих говорит о «магическом влиянии чтения книг» и «в позднем детстве, юности, зрелости и почти старости» (Е.С. Калутина, инженер-программист).
    Чтение взрослого как идентификация человека с обществом, временем, нацией, ее языком – одна из кардинальных тенденций влияния. Это отмечает, в частности, В.Я. Курбатов, говоря, что нет «другого поэта, адекватного полноте и сложности русского дыхания», как Н. Рубцов. Все остальные, по его мнению, «несостоявшееся брожение, опыты и умения проверки, но ясно общеузнаваемого имени, о котором можно было бы единодушно сказать: «Вот!», еще нет».
    Соглашаясь или не соглашаясь с таким выбором, допуская вариативность его, согласимся с самим подходом к самоидентификации через мировосприятие поэта и его язык.
    Не случайно М.Н.Пряхин составляет свой «заветный список», предлагая участие в проекте тем, кто идентифицирует себя с понятием «русский интеллигент», не российский, как ему предлагали, а именно русский, независимо от обозначенной в паспорте национальности. Его цель – таким образом определить «исповедуемые, глубинные общественные тенденции» русской интеллигенции (М.Н. Пряхин «О подведении итогов чтения»).
    Отбор респондентов, проводившийся на основе личных рекомендаций экспертов, из числа первых принявших участие в проекте, действительно характерен для русской интеллигенции. Но следует добавить, что определенного (или определенных) поколения. Разброс возрастов небольшой – от 48 до 60 и более лет (даты рождения есть не везде). Но думается, что другие поколения русской интеллигенции, давая другие конкретные ответы, снова высоко оценят роль чтения в своем саморазвитии.
    В итоговой, совпадающей у респондентов, «Исповедально-завещательной библиографии», составленной М.Н. Пряхиным, 25 авторов и 33 произведения русской и мировой литературы. Весь полный список названного содержит 48 поэтов и 157 прозаиков с разными, часто несколькими произведениями, в нем 20 драматургов, 78 произведений философской литературы, 15 работ по филологии и эстетике, письма 7 авторов, 17 авторов детской литературы.
    Материалы исповедей респондентов Пряхина, людей разных профессий, явствуют о роли чтения в развитии их языковой личности, в умении воспроизводить самое сложное в языковом плане – свои душевные движения. Это не просто человеческое качество, это свойство художника, естественно, присущее писателям, у них оно проявляется еще ярче в более сильной степени (хотя не у всех и не всегда). Высокая миссия человекознания и человекопознания через язык приходит ко всем – писателям и не писателям – благодаря чтению и личностному освоению художественных текстов.
    Чтение есть важнейший элемент непрерывного образования и развития человека. Это важно для него самого. Благодаря чтению сохраняется преемственность в языковой культуре народа, сохраняется «великий и могучий», единый для всех русский язык и создаются условия для его развития благодаря многообразию индивидуальных стилей речи, проявлению специфики языковой личности человека – и взрослого, и растущего.

ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ О "ЗС"

|Суть проекта|Публикации|Участники|Кандидаты | Пересмотр ЗС | Аналогичные сайты||Архив новостей|Карта сайта|Где купить "Заветный Список"?|

 

Предыдущая стрница К предыдущей странице

Вверх Вверх


©Пряхин М.Н.2001.zavetspisok@yandex.ru


Электронные библиотеки в интернете Найти и получить текст книги можно в Интернете

Книжные магазины в интернете Заказать книгу по почте